Большинство россиян поняли, что в стране непременно должна быть «политическая оппозиция власти». Но мало кто из россиян воспринимает ее в качестве силы, которая предназначена для смены существующей власти. Такой результат по итогам последних опросов получили социологи аналитического «Левада-центра».

Мнение граждан о том, нужна ли России оппозиция, «Левада-центр» выясняет ежегодно в течение последних восьми лет. В 2000 году потребность в политических конкурентах существующей власти испытывали менее половины россиян — 47%.

К концу июля 2008 года так думали уже 62%. При этом сократилось число сторонников однопартийной системы. Если в 1999 году 43% взрослых россиян были уверены, что стране нужна «одна сильная правящая партия», то теперь эта уверенность сохранилась лишь у 32%. Зато с 35% до 45% увеличилась доля тех, кто считает оптимальным для России «две или три большие партии».

Перемены в общественном настроении связаны с тем, что «люди, с одной стороны, поняли: они получили то, чего хотели», как пояснил «Ъ» директор «Левада-центра» Лев Гудков. «Полный порядок, стабильность и становление единоличной власти» как гаранта порядка и стабильности — всем этим, по словам господина Гудкова, «значительная часть населения очень довольна», поскольку личные «доходы растут, жизнь постепенно улучшается» и проч. Но, с другой стороны, общество не может не замечать роста потребительских цен, пробуксовки пенсионной реформы и других проблем. Потому люди, как считает социолог, уже «начинают понимать: многие проблемы не просто не решаются, но и загоняются в тупик».

А когда это происходит на фоне «давления на бизнес, административного произвола в отношении простых граждан», то в обществе, как утверждает Лев Гудков, «возникает ощущение скрытых угроз». Люди испытывают «опасения», которые «не очень сильны», но способны вызывать «слабое желание, чтобы появилась оппозиция, которая могла бы уравновесить эту централизованную авторитарную систему». При этом никто не считает, что «власть ни на что не способна». Потому и оппозицию, как считает директор «Левада-центра, никто не воспринимает как «реальную альтернативу действующей власти».

Оппозиция в массовом сознании россиян — это «публичные критики власти». То есть «политическую оппозицию» большинство россиян не воспринимают как группу людей или организацию, которая борется за власть. Для большинства она «технический инструмент: покритиковали власть, указали ей на слабые места, назвали варианты исправления», после чего действующая «власть поправила свой курс и продолжила его», оставаясь на месте.

Такое мнение о политическом предназначении оппозиции сказывается и на партийных предпочтениях россиян. В частности, по данным «Левада-центра», 46% опрошенных уверены, что в России есть реальная оппозиция власти (в 2000 году так думали 53%). А 35% уверены, что оппозиции нет (в 2000 году их было 25%). При этом наибольшее число уверенных в существовании оппозиции социологи выявили среди тех, кто на последних думских выборах-2007 голосовал за КПРФ. В этой партии россияне, по словам Льва Гудкова, видят «принципиальную оппозицию», которая предлагает рецепты решения проблем, принципиально отличающиеся от рецептов власти. При этом КПРФ имеет свою фракцию в Госдуме, что порождает в обществе мнение, что эта партия способна влиять на курс, которого придерживается власть.

В то же время основную массу тех граждан, которые не видят в стране никакой оппозиции, составляет электорат партий СПС и «Яблока». В интерпретации господина Гудкова это означает, что «либерально, демократически настроенные россияне не признают реального влияния за своими же партиями» и не считают их способными предложить «новые идеи», более привлекательные, чем идеи власти, которые она транслирует через свою партию «Единая Россия».

Коммерсантъ