Сегодня в России отдают дань памяти и уважения жертвам политических репрессий XX века — тем, кто погиб в лагерях и тюрьмах, и тем, кто выжил.

Вчера у Соловецкого камня на Лубянской площади прошла ставшая уже традиционной акция «Возвращение имен». С десяти часов утра и до десяти вечера, сменяя друг друга, сюда подходили люди — родственники репрессированных и просто неравнодушные — и зачитывали имена москвичей, расстрелянных в 1937-1938 годах, в период Большого террора.

В мероприятии приняли участие лидеры и активисты партии «ЯБЛОКО», СПС и депутаты Мосгордумы.

«Мы будем называть только имя, фамилию, возраст, профессию и дату расстрела», — перед началом акции пояснила журналистам исполнительный директор «Мемориала» Елена Жемкова. Впрочем, время, отведенное на акцию, не позволило помянуть всех погибших даже столь лаконичным образом — по данным историков, только за один год было расстреляно более 30 тыс. жителей Москвы. Далеко не все захоронения обнаружены, и не все погибшие опознаны. Ведь, как следует из приведенной историками «Мемориала» цитаты из специального распоряжения Верховного трибунала при ВЦИК, «тело расстрелянного никому выдаче не подлежит, предается земле безо всяких формальностей, на месте приведенного приговора или в каком-либо другом пустынном месте и таким образом, чтобы не было следа могилы».

Судя по тем данным, которые удалось собрать исследователям и которые были зачитаны вчера, подавляющее большинство «возвращенных имен» не принадлежит представителям «свергнутых эксплуататорских классов» или же выходцам из партийной номенклатуры, которых могли заподозрить в оппозиционных настроениях. «Рабочий, служащий, работник железнодорожного депо, библиотекарь…» — такие профессии наиболее часто упоминались в анкетных данных перед словом «расстрелян». «Когда читают эти списки, развенчиваются мифы, что репрессировали только представителей элиты или людей какой-то определенной национальности, — пояснила одну из целей акции Елена Жемкова. — В этих списках есть рабочие, представители культуры, крестьяне. Русские, евреи, корейцы и представители других национальностей. Жертвами репрессий становились совершенно разные люди».

Уполномоченный по правам человека Владимир Лукин, которому, как и в минувшем году, было доверено начать чтение списка, вновь выступил с предложением, которое не раз звучало из его уст. По мнению омбудсмена, в России должен быть создан национальный мемориал памяти жертв политических репрессий в СССР. «Это вопрос общественного обсуждения, но, по моему мнению, он должен быть создан в Москве, — подчеркнул г-н Лукин. — Именно в столице планировались и осуществлялись главные акции по массовым репрессиям, которые шли далее по всей стране».

Ранее один из руководителей общества «Мемориал» Арсений Рогинский предложил создать такой музей на территории Бутырской тюрьмы или в районе канала Москва—Волга, где находился самый большой лагерь из тех, что были развернуты вблизи столицы. В любом случае потребуется большая площадь, заявил г-н Рогинский агентству Интерфакс. Создание мемориала памяти Большого террора должны взять на себя не общественные организации, а власти, уверен Владимир Лукин. «Общество должно помочь, но именно государство должно сыграть здесь решающую роль. Все-таки то, что мы испытали в годы первой половины XX века, — это был прежде всего государственный терроризм», — подчеркнул уполномоченный по правам человека.

Однако пока мемориал не создан, а одноименное общество борется за то, чтобы Соловецкий камень, установленный в 1990 году, не был перенесен в связи со строительными работами.

Время Новостей